Жилищно-коммунальное хозяйство (ЖКХ), и в частности сектор водоснабжения и водоотведения, представляет собой фундаментальный базис жизнеобеспечения страны. Однако несмотря на эту критическую значимость, отрасль столкнулась с глубоким системным кризисом, который угрожает не только качеству услуг, но и устойчивому развитию территорий. Фрагментарная замена и отсутствие долгосрочных гарантий возврата инвестиций делают сектор крайне непривлекательным для крупного частного капитала.
Президент РФ поставил амбициозную задачу по запуску нового инвестиционного цикла — об этом он завил на ПМЭФ-2026 (см. “Ъ” от 5 июня). Одним из направлений будет модернизация коммунальной инфраструктуры — до 2030 года на эти цели было выделено 4,5 трлн руб. Однако ключевое условие выделения средств заключается в том, что они должны поступать из различных источников, включая внебюджетные — бюджетных денег недостаточно для обновления порядка 80% изношенных сетей. Для выполнения поручения главы государства требуется десятикратное увеличение частных инвестиций: с текущих ~40 млрд руб. до ~450 млрд руб. ежегодно.
Реальность же такова, что отрасль находится в состоянии хронического недофинансирования, констатировали эксперты на форуме. Тема водоснабжения и водоотведения стала предметом обсуждения сразу нескольких сессий и круглых столов. Тарифная модель «инфляция минус» не покрывает опережающего роста себестоимости: с 2018 года затраты на холодное водоснабжение увеличились на 85%, на водоотведение — на 92%, тогда как тарифы выросли лишь на 45–58%.
Результатами стали инвестиционный разрыв в 5,5 трлн руб. и убыточность регулируемой деятельности, говорилось, в частности, на мероприятии “Ъ” «Инвестиционный разрыв в сфере водоснабжения и водоотведения: пути преодоления». В этих условиях привлечение частного бизнеса через механизмы государственно-частного партнерства (ГЧП) и концессий становится не просто желательным, а единственно возможным путем спасения инфраструктуры.
Возможность притока частных инвестиций в сектор сегодня преграждается рядом серьезных системных барьеров, которые требуют немедленного решения на федеральном уровне. Инфраструктура водоснабжения и водоотведения в России — это более 1 млн км сетей, половина из которых приходится именно на водопроводы. Эта гигантская система, напомнил на сессии «Инженерная инфраструктура: системные барьеры для развития территорий» в рамках Урбан-форума заместитель министра строительства и ЖКХ Алексей Ересько, создавалась в эпоху индустриализации и ГОЭЛРО, и с тех пор кардинально изменились миграционные процессы, промышленная нагрузка и требования к качеству жизни.
Ситуация в отрасли усугубляется тем, что физический износ инфраструктуры остается критическим. Доля изношенных канализационных сетей достигла 46,1%, а в ряде регионов превышает 80%. Тарифная политика в сфере ЖКХ также не реформировалась десятилетиями. В смежных отраслях, таких как энергетика, было проведено множество реформ, позволивших найти компромисс между гибкостью для бизнеса и защитой населения. В водном секторе такой баланс пока не найден. Представители бизнеса отмечают, что тарифная система никак не сохраняет достигнутых эффектов энергоэффективности и не позволяет возвращать сэкономленные средства в оборот для новых инвестиций. «Мы готовим ряд предложений по реформе тарифного законодательства»,— заявил гендиректор «Росводоканала» Сергей Эмдин.
Серьезный барьер — рассинхронизация ответственности природопользователя и инвестиционных планов концессионера. Часто бывает так, что инвестор только приходит на объект, начинает разворачивать программу модернизации, но практически сразу сталкивается с огромными штрафами со стороны контролирующих органов. «Мы понимаем, что они по законодательству обязаны это делать. Но это точно не способствует привлечению инвестиций в отрасль и нормальному развитию нашего хозяйства,— рассказал глава "Росводоканала".— Подписывая документ на долгий срок, мы понимаем, что условия могут измениться».
Концессии позволяют сохранять активы в госсобственности и привлекать частный бизнес. Однако они часто довольно жесткие и неповоротливые, не учитывают потенциальных изменений в экономике, отмечает Сергей Эмдин. При этом рынок захлестнула волна мелких сделок, которые дискредитируют сам механизм ГЧП. Из-за запрета на заключение договоров аренды сроком более пяти лет регионы были вынуждены маскировать обычную передачу имущества в управление под видом концессий.
В результате статистика показывает лидерство ЖКХ по количеству концессий, но реального улучшения инфраструктуры не происходит. По данным Счетной палаты, 60% всех заключаемых в сфере ЖКХ концессий имеют объем инвестиций менее 10 млн руб. «Это, конечно, договоры аренды. Нужно оздоравливать этот рынок. Называть концессиями только там, где действительно есть инвестиции, которые существенно влияют на изменение, качественное изменение инфраструктуры»,— утверждает представитель контрольного ведомства Наталья Трунова.
Эксперты предлагают либо вернуть возможность долгосрочной аренды для малых объектов, либо установить жесткий порог минимальных инвестиций для признания сделки концессией. Еще одна проблема — отсутствие прозрачной базы проектов. У потенциальных инвесторов нет доступа к структурированной информации, базы для потенциальных инвесторов. Регионам необходимо учиться формировать качественные инвестиционные предложения, гарантирующие отсутствие скрытых проблем с активами.
Несмотря на общие системные проблемы, существуют и позитивные примеры успешного взаимодействия власти и бизнеса. Как рассказал губернатор Тюменской области Александр Моор, с 2017 года, когда Тюмень заключила концессионное соглашение, потери в сетях снизились с 20% до 7%. Количество повреждений, требующих раскопок, сократилось почти в три раза, заменено 500 км сетей. Был проведен сравнительный расчет: строить локальные очистные сооружения в каждом поселке или подключить район к централизованным сетям города. Второй вариант оказался экономически эффективнее. Были заключены новые соглашения («Новая Вода 2», «Новая Вода 3»). Следующим шагом стала амбициозная цель — создать единого регионального оператора по водоснабжению и водоотведению на весь регион.
На первом этапе к Тюмени присоединили еще 16 небольших муниципальных образований. «Общая сумма инвестиций в концессионных соглашениях в городе Тюмени была 24 млрд руб. Сейчас на все 16 (муниципалитетов.— “Ъ”) — 54 млрд руб.
Заходить в мелкие муниципалитеты по отдельности невыгодно ни инвестору, ни жителям (тарифы были бы заоблачными). Но когда создается региональный оператор, экономика крупных городов компенсирует затраты на малые населенные пункты. Это позволяет внедрить единые стандарты качества воды и технического обслуживания на всей территории региона, резюмировал губернатор.
Задача государства сейчас — создать такие правила игры, при которых это партнерство станет выгодным, безопасным и массовым. Необходимо убрать системные барьеры: сделать тарифное регулирование гибким и предсказуемым, очистить рынок ГЧП от фиктивных сделок, согласовать действия контролирующих органов с инвестиционными циклами и обеспечить правовую защиту партнеров. В числе предложений — внедрение долгосрочного тарифообразования: переход от 3–5 лет к периодам, сопоставимым со сроком окупаемости проектов (10–15 лет). Требуется разрешить компаниям сохранять часть средств, сэкономленных за счет повышения энергоэффективности и снижения потерь, для реинвестирования в развитие. Также необходимо устранение «раскрашивания денег»: снятие ограничений на переток средств между различными источниками финансирования в рамках единой инвестпрограммы.
Еще одно важное направление — совершенствование законодательства о ГЧП: установление минимального порога инвестиций для заключения концессионных соглашений или возврат механизма долгосрочной аренды для малых объектов. Требуется прозрачность данных: создание федеральной базы инвестиционных проектов в ЖКХ с детальной информацией об активах, их состоянии и гарантиях со стороны региона. Особую роль играет защита инвесторов: четкая регламентация участия концедента (государства) в финансировании проектов, чтобы исключить риски признания сделок недействительными контролирующими органами.
В числе запросов бизнеса — мораторий или отсрочка штрафов: предоставление концессионерам льготного периода (например, три-пять лет) для устранения нарушений экологических нормативов. Речь также идет о гармонизации нормативов: приведении требований Роспотребнадзора и Росприроднадзора к единообразию, исключение абсурдных ситуаций со штрафами за сброс чистой воды. Стимулирование же создания единых компаний, управляющих водоснабжением на уровне регионов, позволит перекрестно субсидировать убыточные сельские сети за счет прибыльных городских и внедрять единые стандарты качества.