Как будет работать производство — узнали в деталях у советника губернатора
В 2026–2028 годах в Холмогорском округе планируют построить новый комплекс обработки, утилизации и захоронения ТКО. Сюда будут привозить мусор не только из Архангельска и Северодвинска, но и из шести округов региона. У жителей Поморья, где еще свежи воспоминания о противостоянии на Шиесе, появляется много вопросов о безопасности и экологичности нового проекта. 29.RU задал их Алексею Кувакину — советнику губернатора Архангельской области по вопросам экологии.
«Учитываем ошибки первопроходцев»: почему нужно новое производство
Новый комплекс будет работать с отходами из Архангельска, Северодвинска, Новодвинска, Виноградовского, Холмогорского, Плесецкого, Приморского, Пинежского и Онежского округов, а также с Новой Земли. Уже разработана и одобрена госэкспертизами проектная документация, а кроме того, проект вошел в долгосрочный план комплексного развития опорных населенных пунктов Арктической зоны.
Помимо холмогорского мусоросортировочного комплекса, в Поморье появятся еще два — в Няндоме и в Коряжме. В декабре 2022 года об этом рассказывал губернатор региона.
По словам Алексея Кувакина, создание современных мусоросортировочных комплексов в Поморье давно назрело — старые полигоны либо уже заполнены (как в Новодвинске), либо близки к этому (как в Архангельске и Северодвинске). Сегодня всё обращение с отходами в области основывается на той платформе, которая была заложена еще в 50-60-х годах ХХ века — ее и собираются поменять в ближайшие годы.
— Наверное, самые молодые из полигонов находятся на юге региона — они вводились в эксплуатацию в начале 2000-х, — объясняет Алексей Кувакин. — Но даже они на сегодняшний день уже подходят к исчерпанию. Например, Коряжемский полигон вводился в эксплуатацию в 2000 году, но срок его эксплуатации, определенный законодательством — не более 25 лет. Сейчас, правда, его продлили по всей России, поскольку смена подхода к обращению с отходами требует времени — к новой инфраструктуре предъявлены очень большие требования.
История обращения с мусором в Архангельской области точно такая же, как и в соседних регионах, так что Поморье может использовать их опыт в создании новой системы.
— К счастью или к сожалению, мы подходим к решению проблемы только сейчас. Почему «к сожалению»? Если бы мы начали эту работу раньше, то, может быть, сейчас уже жили немножко в другой реальности. А «к счастью» — потому что мы можем отталкиваться от опыта коллег, которые уже это сделали. Первопроходцам было сложнее всего, и мы учитываем все ошибки, которые они совершили, — объясняет Алексей Кувакин.
Среди таких первопроходцев — Подмосковье, которое по утверждению нашего собеседника, уже «наступило на все грабли». Другие примеры — Липецкая область и Удмуртия, где также построили подобные комплексы и запустили их в работу. Каждый регион работает именно со своим мусором — в этом, кстати, и отличие от проекта, который хотели создать на Шиесе.
— История Шиеса была негативной потому что в Архангельскую область хотели направлять отходы из другого региона, а в Холмогорском округе мы решаем именно свою проблему. Сейчас история абсолютно другая — мы строим новые объекты для себя, — добавляет советник губернатора.
«Тяжело было подбирать участок»: где построят завод
Мусоросортировочный комплекс планируют построить на 44-м километре трассы М-8. Участок под него будет равен примерно 10 гектарам (для сравнения — новый комплекс в Коряжме займет около 5 га) — для строительства на нем придется вырубить лес. Всю древесину передадут на баланс муниципалитета, которому он принадлежит.
— В этом плане определенный вред природе, конечно, будет нанесен. Но вырубка будет ровно в рамках того объекта, который мы построим, — говорит Алексей Кувакин. — Очищенные стоки будут сбрасывать в реку Кехта — для этого к ней проложат специальный трубопровод. До Слободского озера 3 км, но оно находится выше по уровню, соответственно, в него попасть ничего не может.
Ближайший населенный пункт — поселок Беломорье — располагается в 9 км от участка будущего завода, а до СОТ «Кехта» от него около 2 км (ближайший дом СОТ, по словам Алексея Кувакина, находится даже в 3 км).
— Очень тяжело было, когда мы подбирали участок, нужно было соблюсти очень многие моменты, — поясняет он выбор места. — Население не хочет видеть комплекс близко к населённым пунктам. И это правильно: всё-таки это промышленный объект, это реальный завод. При этом на заводе должны работать люди, туда должны привозить сырье, поэтому к нему должна вести хорошая дорога. Энергии в лесу нет, нужно провести линию электропередач. Вокруг есть реки, озера, подземные источники и прочее — всё это тоже учтено. Данный участок — самый ближайший с точки зрения развития инфраструктуры крупной агломерации.
По словам специалиста, сегодня даже к самым крупным полигонам нет претензий с точки зрения заражения грунтовых вод, а рекам и водоемам возле построенных комплексов уделяют больше внимания, чем было до их постройки.
— Идет пристальное внимание за тем, какую воду скидывает подобное предприятие. Начинают следить и за тем, что происходит с самой рекой — иногда выясняется, что на берегах есть какие-то другие предприятия или местные жители сливают туда свои септики. В Подмосковье, на одном из предприятий была грязная река, но она стала чище — потому что за ней стали более внимательно следить, стали делать регулярные замеры.
«Даже гранаты находили»: как будут сортировать отходы
Что будут делать с мусором на будущем заводе? Алексей Кувакин поделился с 29.RU подробной схемой работы предприятия.
Вначале на завод поступают отходы — автомобили выгружают их на территории комплекса. После этого весь мусор перемещают в разрыватель пакетов. Эта машина разрывает их так, чтобы не разбились стеклянные бутылки или банки, и равномерно раскладывает отходы на ленту. Там они проходят предсортировку, на которой работают сотрудники комплекса.
— На этом этапе людей не заменит ни одна автоматика, — поясняет наш собеседник. — Они выбирают из отходов стекло, ткань и опасные предметы. Стекло убирают потому что в дальнейшем оно просто разобьется. Ткань — потому что она может зацепиться за какой-нибудь крутящий вал и остановить ленту. А опасные отходы извлекают чтобы не повредить линию. В мусоре может попасться всё, что угодно — коллеги из Подмосковья говорят, что они даже гранаты находили.
Дальше мусор поступает в барабанный сепаратор, в котором отбиваются вся органика. После него остается смесь отходов, которая в дальнейшем идет на линию сортировки.
— В Холмогорском округе поток будет проходить несколько этапов. В первом отделят плоские отходы от объемных — например, пленки от бутылок. Дальше пленки поделят оптическим сепаратором на два потока — на темную и светлую. Это уже делается автоматически: оптический сепаратор считывает цвет, подает сигнал на воздушную пушку, и темная пленка просто отстреливается и засасывается, уходит в отдельный поток. А светлая пошла дальше. Объёмные отходы также потом сортируются — поток проходит через несколько сепараторов, и на каждом этапе они забирают свою фракцию. На разных этапах работы там же отбирается черный металл — его выхватывает из потока магнитный сепаратор.
После этого от потока мусора остаются «предхвосты», которые снова проходят через работников комплекса. По словам Алексея Кувакина, оптические сепараторы находят от 90 до 95% необходимых фракций мусора, а ещё 10%, которые оптика не найдет, высматривает человек.
Останется холм с трубами: как захоронят отходы на полигоне
Как только поток отходов пройдет все этапы сортировки, от него останутся так называемые «хвосты» — несортируемая масса мусора. Во всем мире есть два способа избавиться от нее: либо сжигать в инсинераторах, либо захоронить. В Холмогорском округе (так же, как и в Коряжме, и в Няндоме) будут пользоваться вторым способом.
— Мусоросжиганием мы заниматься не будем — это нецелесообразно с экономической точки зрения. Мы будем захоранивать «хвосты». Для этого будет построен современный полигон. Система захоронения на нем практически не отличается от старых: привозят отходы, они прессуются, каждый слой пересыпается инертным материалом — грунтом, для того, чтобы отделить один слой от другого. Если внутри полигона возникнет пожар, то один слой сгорит, а другие — нет.
Отличие нового полигона от старых — в более строгих требованиях. По его периметру выроют каналы, чтобы внутрь не поступали грунтовые воды. А в основе полигона будет сразу несколько слоев защиты. Вначале яму проложат геомембраной, которая не позволит водным массам поступить из земли в тело полигона. На нее положат бентонитовые маты — особый материал, который используют в том числе при строительстве бассейнов. После этого идёт ещё одна геомембрана, затем — осыпка гравием и песком.
По периметру полигона проложат систему сбора фильтратов — трубы, которые отводят в специальные колодцы. Фильтрат — это вода, которая попала в отходы, растаяла, протекла и смыла органическую слизь.
— «Хвосты» остаются почти без органики, но органическую слизь не удалить с отходов полностью. 2-3 % там так или иначе остается, — поясняет Алексей Кувакин. — Для сравнения, на тех полигонах, которые сейчас у нас работают, находится 100% органики — там происходят процессы брожения, которые могут привести к выделению свалочного газа, а это уже опасность возгорания.
После того, когда полигон полностью заполнится, проводят его рекультивацию и консервацию. Его закрывают мембраной от проникновения осадков и засыпают землёй. В нем делают специальные скважины и трубы, через которые сможет выходить свалочный газ. Фильтрат еще 5-8 лет будет стекать в колодцы, оттуда его будут собирать и очищать: очищенную воду сольют в реку, а оставшуюся концентрацию отправят на переработку. Снаружи законсервированный полигон будет выглядеть как холм с трубами. А после того, когда фильтрат закончит образовываться, трубки вынимают — тогда процесс окончательно завершается.
«В первую очередь квоты — местным жителям»
По словам Алексея Кувакина, подобное производство не вреднее, чем любое другой обычный завод. Ононе является токсичным, единственное, что отличает его — это запах мусора. Правда, и он будет чувствоваться не везде.
— Понятно, что там, где есть отходы, всё равно будет пахнуть отходами, — соглашается он. — Но в основном пахнет именно там, где отходы разгружаются из машин. А когда отходы уже распределены, они обрабатываются лампами определенного свечения и проходят биологическое обезвреживание — как раз для того, чтобы не выделять запах.
Предполагается, что всего на комплексе в Холмогорском округе 438 рабочих мест, на одной смене будет работать 231 человек. Взять на работу могут и местных жителей, но они должны будут пройти обучение на сортировщиков.
— Естественно, мы в первую очередь будет предоставлять квоты жителям близлежащих населённых пунктов, поскольку их будет проще возить. Опять же, нужны рабочие места — у нас не так много открывается промышленных предприятий. Но вопрос в том, будут ли они обучены. Это ведь совсем новая отрасль промышленности, к работникам предъявляются определённые требования, готовится нормативно-правовая база. Сортировщики должны пройти обучение — их еще будет необходимо подготовить, — резюмирует
«Экология — это очень дорого»
По последней оценке, мусоросортировочный комплекс в Холмогорском округе будет стоить 8,5 млрд рублей, и эта сумма еще может увеличиться.
— Экология — это очень дорого, — говорит Алексей Кувакин. — Объекты строительства дорогие, и без привлечения федеральных средств нам не обойтись от слова «совсем». Всё считается очень строго — это происходит под четким контролем строительной экспертизы и экспертизы оценочной стоимости. Мы на сегодняшний день находимся на этапе согласования выделения финансов. То есть, до тех пор, пока федеральные деньги не будут выделены, мы в этот проект не войдём.
У читателей может возникнуть вопрос: почему в регионе строят всего три комплекса для работы с ТКО, а не для каждого округа/муниципалитета, чтобы не возить мусор на дальние расстояния? Вот что отвечает советник губернатора по вопросам экологии.
— Может быть, с точки зрения стоимости перемещения это и будет дешевле. Но в конечном итоге — всё равно выйдет дороже. Каждый такой объект — это определенный перечень производственных циклов. Сегодня мы всю историю обращения с отходами в Архангельской области оцениваем в 15-16 млрд рублей. А если говорить про строительство такого комплекса в каждом районе, то это почти 90 млрд рублей. Если же мы говорим про строительство в каждом крупном муниципалитете, то это уже выйдет за 130 млрд рублей. Естественно, Правительство Архангельской области заинтересовано в том, чтобы влияние новой инфраструктуры был минимально на региональный бюджет, чтобы деньги расходовались разумно. Поэтому и была принята именно такая модель.
Наша беседа с Алексеем Кувакиным была более обширной: позже мы опубликуем продолжение, в котором читатели смогут найти для себя ответы и на другие вопросы об экологии, сортировке отходов в регионе и многом другом.